В чем разнятся показания Коновалова и Ковалева?

Первый отказался давать показания и отвечать на вопросы. Интереса к процессу проявляет мало, в самом начале признал вину. Сидит без эмоций, смотрит то в пол, то вперед.

Ковалев, напротив, согласился отвечать на вопросы, дает показания в суде, в которых отказался от того, что говорил следователям: мол, на него психологически давили, поэтому пришлось оговаривать себя. На процесс приносит с собой папку с бумагами, внимательно просматривает видео допросов.

И показания, которые они давали утром 13 апреля, по некоторым пунктам полярно разнятся. А показания, которые дал в суде Ковалев, опровергают все сказанное им до этого и... подтверждают первые слова Коновалова. В июне же Коновалов сменил свои показания по сравнению с первоначальными и подтверждал первые показания Ковалева.

Еврорадио попыталось проследить нестыковки в том, что говорят обвиняемые в совершении теракта. 

 

 Коновалов приехал в Минск с большой черной сумкой. Знал ли Ковалев, что в ней?

На первом допросе Дмитрий Коновалов рассказал, что с другом они встретились на железнодорожном вокзале. Тот помог ему донести тяжелую сумку до агентства недвижимости, а затем   в квартиру. По словам Коновалова, он не говорил Ковалеву о том, что в ней. А Ковалев особо не интересовался.

В это время Влад Ковалев говорил следователям совершенно обратное: что знал о содержимом сумки и даже присутствовал во время последних приготовлений взрывчатки. Получается, что просто дал показания против себя и друга. Коновалов упорно заявлял, что никому не рассказал о своих планах взорвать метро.

Почему так отличаются показания? Кто из них прав? Ответ на этот вопрос Владислав Ковалев дал на суде — что  показания давал под психологическим давлением.

"Нас отвезли в УБОП . В ходе допроса мне объяснили, с какой целью задержали. Показали на камерах Коновалова, что он проходит с сумкой в метро. Я узнал его. Через некоторое время я услышал крики Дмитрия, я точно слышал, что это он кричал. Через некоторое время крики прекратились, а меня отвели на первый этаж. Там мне сказали, что лучше признать все. Я испугался расстрела. Сказали, что обоим лоб зеленкой намажут. И что никто не поверит, что я не знал о планах Дмитрия".

Также Ковалев рассказал, что к нему на беседы приходили сотрудники КГБ, эти разговоры происходили без адвоката.

 
На суде Коновалов отказался давать показания. Но ответ на вопрос он дал на допросе 21 июня. Который не снимался на видео
  поэтому его зачитал судья.

"Я пытался отгородить Влада от ответственности, покрывал его. Но когда на очной ставке узнал о том, что Ковалев сам уже признался, то решил дать другие показания и рассказать как есть".

 

Во время этого допроса Коновалов также рассказал, что в отношении его применялась физическая сила для того, чтобы он дал показания по взрывам в Витебске и на 3 июля в Минске. По последнему, как и по теракту в метро, он признал свою вину, а вот в витебских взрывах   нет.

По показаниям, которые дал Коновалов до допросе летом. Ковалев поинтересовался, что в сумке. Коновалов сказал, что там бомба. Тот никак не отреагировал. Только затем открыл сумку и разорвал бумагу, которой была прикрыта взрывчатка, и увидел все.

"Я ему сказал, что в сумке бомба. Я просто сказал, что там бомба. Ковалев спокойно отреагировал на это".

А когда сумку принесли домой, Ковалев начал нажимать на кнопку (!), при этом не спросил, подключен ли детонатор к взрывчатки.

 

Пил Коновалов или не пил?

Ковалев в своих показаниях говорил, что они постоянно выпивали, пока были на съемной квартире на улице Короля. Но 11 апреля Коновалову нужно было уйти по делам, поэтому он стал пить меньше, а перед выходом вообще не пил.

 
Сам же Коновалов говорил, что в день перед взрывом не пил совсем, так как знал, что надо будет идти в метро.

Ковалев же в ходе суда говорил, что советовал Коновалову не ехать на метро, так как его могут не пустить в пьяном виде. Но не знал, с какой целью он туда идет.

А на допросе летом Коновалов говорил, что Ковалев знал о бомбе и даже не попытался отговорить его.

"Ковалев мне пожелал удачи. Пожал руку и сказал"Удачи". Влад меня не отговаривал от взрыва, хотя знал".

На суде Ковалев утверждает, что вообще мутно помнит уход Дмитрия, так как был пьян. Это же Коновалов говорил во время первых допросов    что его уход Ковалев почти не заметил.

Также не сходятся их слова относительно девушек. Коновалов говорит только об одной Яне Почицкой, а Ковалев рассказывает, что сначала с ней была... подруга.

Однако как выяснилось из показаний Почицкой, подруга действительно была, но очень быстро ушла.

То, что совпадает в их показаниях   так это употребление алкоголя в довольно большом количестве. В течение трех дней.

На первом допросе в 6:40 утра Коновалов выглядел более-менее нормально. На втором после 11 часов дня он сидит наклонившись, даже скорчившись. Смотрит не в камеру, а вниз. Видно, что ему плохо, тошнит. Несколько раз его выводили в туалет.