Вы здесь

"Дата генератор": Михаил Глинский (1470–1534)

.

Первые 28 лет жизни 

Род князей Глинских происходил от половецкого князя Алексы (или Лексы) Мамая, который в 1399 году спас великого князя Витовта после страшного поражения в битве на реке Ворскла. Витовт подарил ему за это село Глинск вместе с волостью. Отсюда фамилия — Глинские (сейчас Глинск находится в Роменском районе Сумской области Украины, на правом берегу реки Сула). 

Михаил Глинский воспитывался в Германии. Он много путешествовал по Испании и Италии (и принял там католичество), был широко образован, знал несколько языков. Он служил в армии Максимилиана I Габсбурга, императора Священной Римской империи, принимал активное участие в его Итальянских войнах, начавшихся в 1494 году. Хорошо овладел воинским делом. Отвагой и военным талантом заслужил особую признательность императора, который наделил его титулом князя Священной Римской империи. 

Возвышение в Литве (1498–1506) 

Вернувшись в Литву в 1498 году, Михаил вскоре подружился с великим князем Александром Казимировичем, который был старше его на 9 или 10 лет. В 1499 году тот назначил Глинского маршалком дворным, то есть предводителем всей придворной шляхты. Когда Александра в 1501 году избрали королем Польши, Глинский фактически превратился в заместителя великого князя в ВКЛ, хотя официально такая должность не существовала. 

Кроме того, он был магнатом: владел землями на Полесье и городом Туровом. Великий князь Александр дал ему ещё Райгород и Гонязь в Подляшье, Можейков на Лидчине. 

Глинский добился выдающегося положения в Литве в основном благодаря своим способностям, но его стремительное возвышение вызвало острый конфликт между ним и некоторыми членами Рады (Государственного Совета) при великом князе, прежде всего с Радзивиллами, Кезгайлами и особенно с воеводой гродненским и волковысским Яном Заберезинским.

 

Клецкая битва

В августе 1506 года князь Михаил разбил крымских татар в битве под Клецком. Татарскую орду привели Бити и Бурнаш, сыновья хана Менгли-Гирея, было их не менее 8 тысяч. Они вторглись в Литву через броды на Припяти в июле, пришли к Клецку и, став лагерем на берегу реки Лань, направили загоны в разные стороны — грабить селения, хватать людей для угона в Крым.

Король Александр тяжело болел. Узнав о вторжении, он поручил командование войсками гетману Станиславу Кишке и маршалку дворному Глинскому. Они собрали под Новогрудком посполитое рушение (то есть шляхетское ополчение) из 6 или 7 тысяч всадников. А 4 августа, когда разведка сообщила, что татарский лагерь находится возле Клецка, они выступили туда.

По дороге вдруг тяжело заболел Кишка, и тогда командование он передал Глинскому. Утром 5 августа литвинское войско пришло к Клецку и остановилось на берегу Лани. На противоположном берегу их уже ждали татары. Несколько часов шла перестрелка из луков и арбалетов. За это время по приказу Глинского были построены две гати, по которым всадники начали переходить на другую сторону реки. По правой гати они переходили быстрее, поэтому татары атаковали правое крыло, причинив ему большие потери. Тогда Глинский ускорил переправу левого крыла и сильным ударам разрезал татарское войско на две части. Вслед за этим пошло в наступление и правое крыло.

Значительная часть татар попала в окружение и погибла, остальные бросились наутёк. Всадники Глинского преследовали их до Слуцка, и дальше — до Петриковичей (ныне Петриков) и бродов на Припяти.

В татарском лагере литвины освободили много пленников (пишут о 30 и даже о 40 тысячах, на самом деле их было, конечно же, раза в четыре меньше), захватили около 20 тысяч лошадей. 

Месть Заберезинскому

Король Александр скончался через три дня после победы, успев узнать о ней. А Заберезинский и его сподвижники испугались, что теперь князь Михаил — победитель татар — возьмёт власть в Литве в свои руки. И они начали распространять сплетни с этой выдумкой. Однако Глинский встретил на границе Литвы с Польшей нового великого князя и короля — 42-летнего Сигизмунда I Казимировича, младшего брата Александра, и присягнул на верность ему.

Тогда Заберезинский оговорил князя Михаила и его брата Ивана: якобы они в разговорах “оскорбляют великого князя”. Сигизмунду по каким-то причинам Михаил Глинский не нравился, и он охотно поверил клевете. Сигизмунд лишил Михаила должности маршалка дворного и удалил его из состава своей свиты, а его брата Ивана лишил воеводства в Киеве, дав вместо него Новогрудок.

Михаил, как человек, воспитанный в Европе, потребовал рассмотреть его дело в суде. Но Сигизмунд под разными предлогами отказывался это сделать. Тогда Михаил поехал “за правдой” в Будапешт, к Владиславу, родному брату Сигизмунда, который был королем Чехии (с 1471 года) и Венгрии (с 1490 года), но и тот не захотел ему помочь. И Михаил, вернувшись в Вильню, сказал королю: “Ты заставляешь меня покуситься на такое дело, о котором мы оба после будем горько сожалеть!”

В конце декабря 1507 года он с семью сотнями всадников своей личной армии ночью ворвался в загородное поместье Заберезинского под Гродно. Какой-то татарин-мусульманин из числа воинов Глинского убил 67-летнего воеводу. Его голову насадили на копьё и, возвращаясь в родной Туров, несколько дней несли её, чтобы все видели, как князь Глинский поступает со своими врагами.  

Мятеж и брачная авантюра (1508)

Но, совершив это преступление, Глинский в значительной мере утратил прежний авторитет. Дело в том, что шляхта считала магнатов и высших чиновников неприкосновенными особами. А Глинский категорически не желал мириться с потерей того особого положения, которое занимал в Литве при Александре. Поэтому вскоре он открыто выступил против Сигизмунда.

В январе 1508-го, собрав примерно две тысячи воинов, он разорил Слуцкую и Копыльскую волости, захватил города Мозырь и Бобруйск. Кроме того, он дважды брал в осаду Слуцк. А захватить Слуцк он хотел для того, чтобы жениться на княгине Анастасии Слуцкой и таким образом получить право на Киев, которое принадлежало её покойному мужу, князю Симеону Олельковичу.

Однако оба штурма ему не удались. Гарнизон во главе с княгиней Анастасией отбил приступы мятежника.

Кстати, раньше Анастасия (около 1472 — 1525) и Михаил некоторое время были любовниками. Но, когда Михаил в 1507 году послал сватов к княгине, она отказалась вступить в брак с ним. Почему — неизвестно.  

А в конце марта 1508-го к Глинскому явился посол от московского великого князя Василия III с предложением о совместных военных действиях (29 апреля 1507 года началась очередная война Москвы с Литвой). От имени великого князя обещал ему во владение все завоёванные литовские города! Глинский согласился, явно не подумав о том, что теперь он противопоставляет себя уже не Сигизмунду, а своей стране, большинству её магнатов и шляхты.

Вскоре войска Василия III развернули наступление на Полоцк и Смоленск. А ещё одно формирование во главе с князем Василием Шемятичем пошло на помощь Глинскому. Московский великий князь советовал, чтобы Глинский вместе с Шемятичем “добывал ближайшие к себе города, а далеко не ходил, дело делал бы не спеша”, пока из Москвы не придёт большое войско. Глинский же хотел, чтобы Шемятич помог ему захватить Слуцк.

Судя по всему, у Глинского не было конкретного плана войны. Вот он и бросался из одной стороны в другую.

Шемятич же имел инструкции от своего государя, и он убедил Глинского идти на Минск. Две недели в мае союзники осаждали Минск, ожидая со дня на день появления сильного подкрепления, но оно так и не пришло. А в это время под Лидой собралось ополчение шляхты ВКЛ (11 тысяч человек), да из Польши пришли 5 тысяч. Во главе с гетманом Константином Острожским эти 16 тысяч в начале июня пошли к Минску. Глинскому и Шемятичу пришлось срочно уйти в Борисов. Оттуда Глинский послал отчаянный призыв Василию III:

“Велел бы своим воеводам спешит к Менску, иначе братвя и приятели мои, и все христианство придет в отчаяние, города и волости, занятые с помощью великокняжеской, подвергнутся опасности, и самое благоприятное время будет упущено, ибо ратное дело делается летом”.

Но Василию был нужен Смоленск. Потому он приказал Шемятичу и Глинскому идти к Орше, на соединение с ним. Одновременно к Орше пришёл князь Даниил Щеня с новгородскими полками, и все вместе они начали осаду крепости. Однако без осадной артиллерии взять Оршу не смогли.

12 июля 1508 года московские воеводы узнали, что войска ВКЛ приближаются к Орше, и они перешли на другой берег Днепра. Острожский переправился через Днепр и вступил в бой с московитами, который длился весь день и завершился вничью. Глинский убеждал московских воевод начать утром генеральную битву, но те не согласились и ночью отступили к Дубровно. Острожский же вернулся в Оршу.

Стычки и рейды с обеих сторон продолжались и в августе. Но Сигизмунд I больше не мог вести войну, а Василию III расхотелось воевать. Потому 8 октября их представители подписали соглашение о “вечном мире” (то есть бессрочном). По соглашению, Сигизмунд юридически признал переход к Москве всех прежних завоеваний Василия II и Ивана III (а они составили 26% территории Великого Княжества!)

Однако 6 поветов, занятых московитами в 1507–1508 гг., пришлось вернуь Литве. Там были и владения Глинских. По соглашению, родственники и сторонники Глинского получили разрешение на выезд в Москву, но они и князь Михаил потеряли свои земли в ВКЛ. Василий III дал Михаилу два небольших города — Малый Ярославец и Боровск, и ещё несколько селений под Москвой.

Захват Смоленска и измена Глинского (1514)

 “Вечный мир” между Москвой и Литвой продержался всего 4 года. Летом 1512-го Василий обвинил Сигизмунда в подстрекательстве хана Менгли-Гирея против Москвы и в “обидах” своей сестры Елены, вдовы Александра (она умерла 20 января 1513 года).

Но это было обычной зацепкой. На самом деле Василий III желал захватить Смоленск. В ноябре он послал к Смоленску войско во главе с князем Иваном Репнёй-Оболенским и боярином Иваном Челядниным, а сам выступил к Смоленску 19 декабря. Однако гарнизон отбил два штурма с большими потерями среди московитов. Василий в марте 1513 года вернулся в Москву ни с чем. И уже 14 июня снова пошёл на Смоленск. И снова ему пришлось в ноябре уйти, ничего не добившись.  

В конце мая 1514-го Василий в третий раз пошёл на Смоленск. Осада началась 26 июля. Московиты поставили вокруг города 300 пушек и начали беспрерывный обстрел. После трёх дней обстрела, 29 июля, Смоленск сдался.

Во всех осадах Смоленска самое активное участие принимал М. Глинский. Он был уверен, что получит город как удел, та как это ему раньше обещал великий князь. Однако Василий не собирался отдавать важнейшую крепость ненадёжному человеку.

Глинский сильно обиделся и вступил в тайные переговоры с королём Сигизмундом. Тот обрадовался, послал князю охранную грамоту. И Глинский решил сбежать в Оршу. Но один из его слуг явился к князю Михаилу Голице, доложил об измене и бегстве своего господина и указал дорогу. Голица со своими людьми поскакал вдогонку и схватил Глинского. Потом он отвёз предателя к Василию III. Королевская охранная грамота, которую Глинский не успел уничтожить, стала убедительным доказательством измены.

Князя покарали бы смертью, но он покаялся в грехах, а главное, мгновенно прозрел к “истинной вере”, перешёл из католичества в православие. В итоге жизнь ему сохранили, но бросили в тюрьму, где он отбыл 12 лет!

Характеризуя его личность, дореволюционный историк Александр Нечволодов справедливо отметил:

“Необузданным властолюбием обладал Михаил Глинский, правивший почти единолично целой Литвой при короле Александре и затем дважды изменявший своим государям, сперва Сигизмунду Польскому, а затем и Василию Ивановичу Московскому, за то, что те не давали простора его честолюбию” (“Сказания о русской земле”. Кн. 4).

Конец жизни (1527–1534)

Из тюрьмы его освободил случай. В 1525 году великому князю московскому исполнилось 46 лет, а детей у него не было. В это время ему понравилась 13-летняя красавица, княжна Елена Васильевна Глинская (1512–1538), дочь одного из братьев Михаила. И Василий III решил развестись со своей женой Соломонией Сабуровой, с которой был в браке 20 лет. Официальным поводом послужила её бездетность, хотя виноват в этом, скорее, был Василий.

Церковь, как правило, выступала против разводов. Но московский митрополит Даниил всё понял как надо. Он стал вести речи о том, что бесплодную смоковницу следует извергнуть из сада. После нескольких месяцев демагогии, 29 ноября 1525 года, несчастную женщину насильно постригли в монахини под именем Софии, а затем отвезли её в Суздаль, в женский Покровский монастырь.

А Василий через 2 месяца (21 января 1526 года) женился на Елене Глинской. Бояре не возражали: она идеально им подходила: почти ребёнок, как и её младшие братья, отец на кладбище, дядя в тюрьме. Всё же бояре Захарьины, Шуйские и Горбатые попросили (они думали, что этим угодят Елене) выпустить из тюрьмы дядю Михаила.

Василий всего один год подумал и в феврале 1527-го выпустил Михаила. Бояре обязались, что если он убежит куда-нибудь, то они заплатят штраф 5 тысяч рублей. Василий дал Глинскому города Юрьевец, Стародуб и Ряполов.

В 1530 году Михаил успешно командовал войском в битве с татарами под Казанью.

Но прошли два года после свадьбы, а у Елены беременности всё не было. Наконец 25 августа 1530 года, через четыре года и семь месяцев после свадьбы, она родила сына Ивана (будущего Грозного). Появление наследника Василий встретил с огромной радостью. Возможно, помогли молитвы монахов. Однако у современников на этот счёт было другое мнение. Пошли разговоры о том, что красивый воевода Иван Овчина-Телепнёв-Оболенский (около 1590 — 1539) — любовник Елены и настоящий отец ребёнка.

В ночь с 3 на 4 декабря 1533 года Василий III умер от заражения крови. Не прошло и 40 дней после его кончины, как у 20-летней великой княгини появился фаворит — Иван Овчина. А в начале января 1534-го по указу Елены он стал боярином.

Возвышение Овчины сильно огорчило её дядю Михаила Глинского, которого Василий III перед смертью назначил главным опекуном маленького Ивана. Глинский надеялся лет так 15 править Московией от его имени. Возмущенный до глубины души ветреностью племянницы, он высказал ей неудовольствие связью с Оболенским. И снова не подумал о последствиях.

По приказу Елены его обвинили в попытке захвата государственной власти, в конце августа 1534 года его схватили, выкололи ему глаза, заковали в цепи и бросили в ту самую тюрьму, где он находился в 1514–1527 гг. По приказу племянницы его не кормили, и 24 сентября князь умер от голода.  

Так завершилась жизнь этого человека, преследовавшего исключительно личные цели, ухитрившегося изменить трём правителям — Сигизмунду Казимировичу, Василию Ивановичу и Елена Васильевне. Но одно доброе дело он при этом всё же сделал: в 1506 году защитил Отечество от татар!

* * * * *

В этом выпуске в рамках программы “Дата генератор” мы начинаем цикл под названием “Наши авантюристы”. Выступления на эту тему будут происходить раз в месяц.

Слово “авантюрист” (от французского aventure — рискованный поступок) обозначает человека, который:

1) действует без трезвого учёта всех условий и последствий своих поступков;

2) надеется на счастливый случай, на то, что ему обязательно повезёт, вместо того, чтобы хорошо продумывать план действий.

Вот список тех 12 персон, которым будут посвящены программы цикла:

Михаил Глинский (1470–1534)

Лжедмитрий II (около 1575–1610) 

Богуслав Радзивилл (1620–1669) 

Ян Казимир Сапега (около 1670–1730)

Саломея Русецкая-Пильштынова (1718 — после 1760)

Семён Зорич (1744–1799)

Михаил Валицкий (1746–1828)

Игнатий Хацкевич (1760 — около 1825) 

Станислав Булак-Балахович (1883–1940)  

Павел Шукайло (1904–1939) 

Сергей Пясецкий (1901–1964)

Борис Скосырев (1896–1989)   

Приятного просмотра!

Чтобы следить за важными новостями, подпишитесь на канал Еврорадио в Telegram.

Мы каждый день публикуем видео о жизни в Беларуси на Youtube- канале. Подписаться можно тут.